Развитие экономико-географических идей: соединение статистики и географии

«Необязательно видеть весь путь.
Просто поверьте и сделайте первый шаг». Мартин Лютер Кинг

Materials in English

Home История географии Научная систематизация географических знаний Развитие экономико-географических идей: соединение статистики и географии
Развитие экономико-географических идей: соединение статистики и географии PDF Печать E-mail

Развитие экономико-географических идей в России в XIX в. тесно связано с деятельностью созданного в 1845 г. Русского географического общества, которое включило в круг изучаемых вопросов статистику, организовав специальное отделение статистики. Последняя же к середине XIX в. включается в число географических наук. И именно на базе описательной статистики складывалась экономическая география как географическая дисциплина.
Одним из организаторов и крупных деятелей РГО был Константин Иванович Арсеньев (1780-1865 гг.), в работах которого, на основе соединения собственно географии и статистики, развивались идеи экономико-географического характера. Так, в "Статистических очерках России'42 он воплотил единство природного, экономического и районного рассмотрения страны. Эта книга имеет целый раздел о, границах государства, которые оцениваются с физико-географической, коммерческой, военной и политической сторон. Далее речь идет о постепенном расширении территории государств, начиная с 862 г. - по день выхода книги в свет, одновременно рассматривается и изменение административного устройства. Некоторое место занимает физико-географическая характеристика (с основным вниманием климату и свойствам почв).
Основное же содержание книги Арсеньева посвящено описанию поземельного богатства, для чего территория страны была разделена на 10 пространств - групп губерний - на основе природных признаков и административного деления. При этом большие пространства делятся на участки. Каждому из выделенных пространств дается природная характеристика (рассматриваются рельеф, климат и почвы), затем следуют табличные сведения пяти видов: общая площадь в десятинах, количество земельных угодий, размер урожая, достаточность лугов и пастбищ, особенные богатства вне сельского хозяйства. Имеются данные о грузопотоках по рекам. Все таблицы даны в стоимостных и абсолютных величинах, что дает богатый материал для пространственных сравнений. В начале поземельного рассмотрения К. И. Арсеньев пишет: "Земля есть необходимое условие обеспечения народного, производительная сила ее, большая или меньшая, служит залогом большей или меньшей силы и твердости государственной, труд народа, употребленный на обработание земли, направленный сообразно местности и согласно требованиям века и науки, дает государству существенные богатства, производит столько, что все прочие отрасли промышленности, вместе взятые, не доставляют и десятой доли ценностей, производимых земледелием".
В этом положении целая концепция географии, которая заключается в том, что Арсеньев связывает воедино природу, труд, технологии и богатство страны. Отражением состояния страны того времени является абсолютное господство земледелия в народном хозяйстве, откуда и большое внимание автора к климату и свойствам почв.
К. И. Арсеньев для своей работы использовал материалы официальной статистики по имеющемуся государственному межеванию. По Сибири и Кавказу тогда не было межевания и полной статистики. Соответственно и в книге нет систематических данных по этим пространствам.
В целом труд Арсеньева близок скорее к работам камерально-статистического направления, нежели к традициям В. Н. Татищева и М. В. Ломоносова, которые разрабатывали анкетные методы исследования, не говоря уже о "Словаре" П. П. Семенова. Но работа Арсеньева выигрывает своим отражением состояния страны по достоверным статистическим материалам, распределенных территориально.
Его деление страны было далеко не совершенным - и с точки зрения границ и состава выделенных пространств, и по полноте и точности их характеристики. Однако "несовершенство схемы Арсеньева не умаляет ее роли как первого опыта деления европейской части страны на географические области... Именно работа Арсеньева привлекла внимание русских ученых к самой идее "географического разделения" как форме научного анализа. По существу, она оказалась полезной и своими недостатками, так как показала важность выбора исходных принципов для выделения областей".
Среди ученых, в трудах которых закладывались основы отечественной экономической географии в XIX в., следует также отметить Петра Ивановича Кеппена (1793-1864 гг.), который организовал систематический сбор данных по статистике и географии населения и был автором ряда исследований в этой области, Владимира Павловича Безобразова (1828-1889 гг.), также видного деятеля ИРГО, автора ряда экономико-географических работ по отдельным районам страны, составленных на основании собранных им на месте материалов, и, конечно же, П. П. Семенова-Тян-Шанского, об опыте районирования которого было сказано выше.
Рассматривая зарождение экономико-географических идей в первой половине XIX в., большинство историков географии так или иначе характеризуют работу Иоганна фон Тюнена (1783-1850 гг.) "Изолированное государство в его отношении к сельскому хозяйству и национальной экономике" (1826 г.), которая в свое время для развития науки практически не имела никакого значения. И хотя известно, что К. Маркс полемизировал с Тюненом, его работу "открыли" экономисты в начале XX в., и именно тогда она приобрела определенный "вес" и у экономико-географов, особенно у тех, кто пришел в географию от экономики.
Основная идея этой работы заключается в том, что Тюнен взялся выяснить, как изменяется способ использования земли в сельском хозяйстве в зависимости от расстояния по отношению к рынку, то есть он поставил задачу о стоимости "трения расстояния", "пространственных отношений", которую пытаются решить и в современной географии. Исходя из этого, работу Тюнена следовало бы рассмотреть в другом разделе, посвященном другому этапу развития географии. Но, отдавая дань исторической реальности, рассмотрим ее в своем времени.
Для решения поставленной задачи И. Тюнен сделал абстрактную модель территории с пятью идеальными предпосылками:
- большой город в центре плодородной равнины, лишенной судоходных рек и каналов;
- на равнине нет других городов;
- копи и солеварни лежат вблизи города;
- почва везде одинаковая;
- равнина переходит в безжизненное пространство.
Тюнен сознательно использует метод такой абстракции: "Еще прошу читателей... не пугаться предпосылок, сделанных вначале и отступающих от действительности, и не считать их произвольными и ненужными. Эти предпосылки необходимы, чтобы изобразить и выяснить влияние какой-либо определенной силы, о которой мы в реальной действительности имеем очень неясное представление, потому что там она всегда действует в конфликте с другими одновременно действующими силами""4.
Оговорив предпосылки формализации, Тюнен благополучно решает поставленную задачу - конструирует оптимальное размещение сельскохозяйственного производства в виде шести колец вокруг рыночного центра, где главной категорией является преодоление пространства. Разумеется, для этого нужно было не только поставить корректную задачу, но и иметь репрезентативный исходный материал в виде ежедневных бухгалтерских записей работ в имении самого И. Тюнена, которые велись в течение 10 лет. Совершенно очевидно, что рекомендации Тюнена ныне устарели в силу коренного изменения технологии производства и техники перевозок. Но то, что он использовал формализацию для постановки и решения конструктивной задачи, является важным вкладом в науку, в полной мере не освоенным и в настоящее время, когда ЭВМ позволяют получить приближенные значения многофакторных задач, более точно воспроизводить элементы реальной действительности в постановке и решении задач размещения производительных сил, их территориальной организации.
6.7. Достижения картографии в XIX в.
В XIX в. формируются истоки современного картографического метода исследования, что было обусловлено совершенствованием техники геодезических измерений и топографических съемок, издания карт, в особенности обзорных обобщающих карт и атласов, чем занимались главным образом частные картографические предприятия. Ярким примером крупного картографического произведения первой половины XIX в. может служить изданный в 1825-1827 гг. в Брюсселе Г. Вандермеленом шеститомный мировой общегеографический атлас, состоящий из 369 карт, выполненных в одном и том же масштабе (1:1 641 836) и скомпонованных по градусным трапециям. Это был, по существу, первый опыт создания многолистной карты мира.
В России начало использования карт связано прежде всего с работами по исчислению площади государства. Так, в 1833 г. Н. Е. Зернов под руководством академика Д. М. Перевощикова завершил измерение "пространства России, замечательного своею необычайной огромностью", использовав для этого Почтовую карту Европейской России и Генеральную карту азиатской части страны, изданные в 1825 и 1827 гг.
Большой вклад в картометрию России и в составление новых ее карт внес известный русский картограф XIX в. И. А. Стрельбицкий.
В рассматриваемый период широкая дифференциация наук способствовала появлению большого числа т.н. специальных карт - геологических, климатических, почвенных и др. В связи с этим следует упомянуть, в частности, картографические упражнения английского биолога Френсиса Гальтона, который в 1861 г. создал первую климатическую карту Великобритании. 1 апреля 1875 г. в газете "Тайм" была опубликована составленная им первая карта погоды. Интересно то, что увлечение картографированием привело Гальтона к составлению карт длительности путешествия из Лондона в изохронах, женской красоты для Великобритании, наследственной одаренности школьников. Эти работы имеют немаловажное методологическое значение, так как они являются в известной мере показателями состояния географического знания того времени. Оценить эти карты (с этих позиций) можно с двух точек зрения. С одной стороны, они показывают неопределенность положения географии в системе наук, расплывчатость ее содержания. Но, с другой стороны, эти карты являются предвестниками постепенного превращения пространственно-географического подхода, оформленного в картах, в общенаучный подход-такой же, как и количественный, исторический, экологический, системный, что, конечно, возвышает географическую науку.
6,8. Создание географических обществ и становление университетской географии
Большую роль в формировании новой географии XIX в., в организации систематического научного исследования поверхности Земного шара, начиная с 20-х гг. XIX в,, сыграли созданные в ряде стран географические общества: Парижское (1821 г.), Берлинское (1828 г.), Королевское в Лондоне (1830 г.), Бомбейское (1832 г.), Мексиканское (1839 г.), Американское (в Нью-Йорке, 1851 г.) и ряд других. В 1888 г. в столице США, Вашингтоне, было основано Национальное географическое общество.
К 1875 г. в Европе было уже 28 географических обществ и одно в Африке (в Каире).
Одним из первых в мире было Русское географическое общество (РГО), основанное 18 августа 1845 г. в Петербурге. Инициаторами его создания были такие крупнейшие русские ученые, как Ф. П. Литке, К. М. Бэр, Ф. П. Врангель и другие. Первое общее собрание Русского географического общества состоялось 19 сентября (1 октября) 1845 г.: эту дату ныне и считают днем его основания. Через 4 года, с 28 декабря 1849 г. его стали именовать Императорским русским географическим обществом. Такое полное название сохранилось до 1917 г. После оно вновь стало называться Русским географическим обществом, а в 1926 г. получило статус Государственного географического общества. С 1936 г. -это Всесоюзное географическое общество, с 1947 г. - Географическое общество СССР и вот с 1992 г. вернулось первоначальное название - "Русское географическое общество".
Самой первой и важнейшей его задачей основатели РГО поставили познание своего отечества ("возделывание Географии России, принимая название Географии в обширнейшем его значении"). При этом признавалось весьма существенным, но все же второстепенным, географическое исследование соседних и более отдаленных стран.
С первых лет своего существования РГО развернуло интенсивную экспедиционную и издательскую деятельность, оно сыграло чрезвычайно важную роль в научном и культурном развитии нашей страны. Организованные им экспедиции обследовали обширные территории на Урале и Алтае, в Тянь-Шане и Туруханском крае, в Прибайкалье и Уссурийском крае, на Сахалине, Камчатке, Чукотке, на Тибетском нагорье, в Монголии и Иране, на острове Новая Гвинея, в Арктике и Тихом океане. Исследования в этих регионах снискали РГО мировую славу.
Деятельное участие в работе общества принимали многие замечательные русские путешественники и ученые географы, в том числе: И. Ф. Крузенштерн, Ф. П. Литке, П. П. Семенов-Тян-Шанский, Н. Н. Миклухо-Маклай, Н. М. Пржевальский, братья М. Е. и Г. Е. Грумм-Гржимайло, Г. Н. Потанин, П. К. Козлов, В. А. Обручев, П. А. Кропоткин, В. Л. Комаров, Ю. М. Шокальский, Н. И. Вавилов и Л. С. Берг.
Вице-президентами РГО (и его фактическими руководителями) до Октябрьской революции были Ф, П. Литке (1845-1850 гг.), М. Н. Муравьев (1850-1857 гг.), вновь Ф. П. Литке (1857-1873 гг.) и П. П. Семенов-Тян-Шанский (1873-1914 гг.).
Учредители РГО исходили из первейших научно-практических задач, когда образовали четыре отделения Общества: математической географии и картографии; физической географии; этнографии, антропологии и исторической географии; статистики и политической географии. Первые два отделения обеспечивали познание земного шара, его природы, третье и четвертое были направлены на изучение человека, его быта, материальной и духовной культуры, языков, хозяйственной деятельности и политической организации стран.
Будучи в течение более 40 лет (с 1873 по 1914 г.) руководителем Общества, П. П. Семенов-Тян-Шанский, прекрасный организатор науки, превратил ИРГО в выдающийся центр географических исследований, сплотил вокруг него молодых, отважных, образованных людей, будущих исследователей и знаменитых путешественников. Среди них - блестящее созвездие имен, которые навеки вписаны в историю науки, в историю познания нашей планеты -это Н. М. Пржевальский и целая группа его соратников и последователей: Н. А. Северцов, П. А. Кропоткин, Н. Н. Миклухо-Маклай, А. И. Воейков, И. М. Мушкетов и многие другие.
А первая экспедиция под руководством геолога профессора Э. К. Гофмана была организована для изучения Северного и Полярного Урала (1848-1850 гг.).
В Сибири проводили исследования П. А. Кропоткин, И, Д. Черский, Б. И. Дыбовский, А. Л. Чекановский. При этом трое последних оказались там не по своей воле, но после успешного завершения изысканий, когда в общих чертах прояснились географические и геологические особенности Восточной Сибири, Байкала и его животного мира, они были освобождены из ссылки по ходатайству РГО.
Плодотворные исследования в течение ряда лет проводились на Дальнем Востоке (включая Камчатку и Чукотку), в Средней Азии и Казахстане. Многие замечательные отечественные натуралисты изучали природу Туркестана, детально обследовали Аральское море, озера Иссык-Куль и Балхаш, Памиро-Алтай и Тянь-Шань. Исследование природы и населения Центральной Азии, особенно ее труднодоступных районов, было поистине грандиозным предприятием, которое стало известно всему ученому миру. Таким образом, РГО фактически открыло Центральную Азию для европейцев.
Географическое общество организовывало не только сухопутные, но и морские экспедиции. Были исследованы Черное, Каспийское, Карское и другие моря. Большое значение имели работы в области геодезии, картографии, метеорологии, земного магнетизма.
Наконец, трудно переоценить роль РГО в пропаганде географических знаний, формировании в России географической культуры, в издании научных и научно-популярных трудов, способствовавших становлению теории и методологии русской географической науки.
Развитие деятельности географических обществ способствовало становлению международного сотрудничества географов разных стран. В 1871 г. в Антверпене состоялся первый Международный географический конгресс. С этого времени такие конгрессы стали регулярно проводиться раз в четыре года. А в 1922 г. был создан Международный географический союз, главная задача которого состояла в координации всех видов деятельности географических обществ.
Важной формой организации географической науки во второй половине XIX в. явилось становление университетской географии.
Как учебный предмет она преподавалась еще в средние века, но не была постоянной и обязательной дисциплиной. Что же касается университетов, то, например, в России она вначале существовала при словесных или историко-филологических факультетах. Так, в Московском университете по уставу 1804 г. география была представлена при двух кафедрах: 1) всемирной истории, статистики и географии и 2) истории, статистики и географии Российского государства. Первая же самостоятельная кафедра географии в нашей стране была основана в Петербургском университете в 1819 г., т. е. на год раньше, чем в Берлинском университете (где ею заведовал К. Риттер).

 

-->


Copyright 2011-2012 © "Все про страны.ру". Все права защищены. При использовании материалов сайта ссылка на сайт обязательна.